библиотека для детей Ларец сказок

Летяево. Штормовое предупреждение

Маленький самолётик Бампик живёт в самом волшебном городе ЛЕТЯЕВО. Бампика знают все! Ведь однажды он вместе со своими друзьями Дариком и Алькой спас жителей города от вредного вертолёта Скрибла.
Летяево — очень красивый город! Он расположен между горных вершин, и всё здесь необычно! Например, дома называются ангарами, а светофоры висят прямо в воздухе. И в этом нет ничего удивительного, ведь в городе живут самолёты и вертолёты!
Конечно, в волшебном Летяево и жители необычные. У каждого самолёта или вертолёта есть механические руки — хваты! Расположены они в специальных карманах, прямо под крыльями. С помощью хватов самолёты могут всё делать сами: и заправляться, и мыться, и шить, и ремонтировать, и даже рисовать!
Да-да-да! Они разрисовывают свои дома-ангары в яркие тона. И те, словно огромные цветы, стоят пёстрой чередой вдоль взлётных площадок и шоссе, вьющихся серпантином вокруг шпилей гор.
За порядком в Летяево следят храбрые вертолёты-полицейские. И все же здесь всегда шумно и весело, ведь в городе очень много шустрых маленьких самолётиков и вертолётиков.
Раньше в город часто залетали облака, но в Летяево построили метеорологическую станцию, на которой установили специальный противонепогодный излучатель. И теперь на улицах всегда только лётная погода.
Бампик обожает, когда светит солнце, и побаивается сильного ветра с проливным дождем! Ведь он совсем недавно окончил лётную школу и, если честно, держится в воздухе ещё не очень уверенно.
Но однажды все изменилось…

Глава 1. Лунный ураган



Бампик целый день провёл с друзьями Алькой и Дариком в парке развлечений. Конечно, друзья кувыркались бы на каруселях и крутых трамплинах ещё и всю ночь, но парк закрыли. И самолётики разлетелись по домам.
Бампику ну совсем не хотелось домой. Родители вместе с дедушкой улетели по делам в соседний город, и дома осталась одна бабушка. А с ней всегда можно договориться и упросить, чтобы она отпустила погулять подольше, чем обычно.
Бампик заехал во двор и уселся на качели — пружину, которую папа приделал специально для тренировки лётных навыков во время турбулентности. Турбулентность — это когда из-за беспорядочного движения воздуха в полёте самолёт начинает трясти и кидать в разные стороны. Все самолётики учатся сохранять равновесие, чтобы не бояться ни ветра, ни дождя, ни грозовых облаков! И только Бампик как следует раскачался, погода стала портиться, и пришлось заехать в ангар.
— Бабуля — это я! — крикнул Бампик.
— Наконец-то, — сердито буркнула бабушка и взглянула на внука поверх очков. — Вот пожалуюсь родителям, что не слушаешься.
— Бабулечка, я тебя так люблю! — Бампик подъехал к бабушке и уютно устроился под её крылышком.
Вдруг на улице что-то загрохотало и завыл ветер. Бампик подскочил к окну. В небе появились тяжёлые свинцовые тучи, из-за которых проглядывала луна, присматривая себе местечко. Через некоторое время она уселась на верхушку самой высокой горы, грозно поглядывая на город.
— Странная ночь… Посмотри, бабуль, какая огромная луна, — протянул, Бампик, разглядывая оранжевый гигантский круг в небе. — Давно у нас не было плохой погоды. Может, метеостанция сломалась?
Бабушка, отложив вязанье, посмотрела в окно и нахмурилась.
— Не к добру это. Луна не может опускаться так низко. Пожалуй, надо проверить, закрыты ли ворота во дворе. Ну и ещё кое-что…
— Я с тобой! — радостно подпрыгнул Бампик. Он обожал поздно вечером выходить с бабушкой во двор глядеть на звезды.
— Нет, Бампик, я пойду одна, а ты ложись спать, — вдруг необычно строго ответила бабушка и накинула плащ. — Уже поздно.
Бампик улёгся в кроватку и неожиданно быстро уснул.
Проснулся он от жуткого грохота. Бушевала самая настоящая гроза! Ангар подпрыгивал от грома. Это было очень странно. В Летяево не могло быть грозы. Самолёты-метеорологи очень хорошо работали, и, если надвигалась огромная штормовая туча, они её направляли мимо города.
Самолётик выглянул в окошко и заметил, что по двору ползёт огромная тень. Но внезапная вспышка молнии ослепила Бампика, и он ничего не разглядел.
— Бабушка, ты спишь? — шепнул Бампик в темноту.
Тут ангар так тряхнуло, что самолётик свалился с кроватки.
— Бабушка! Просыпайся!
Бампик подполз к бабушкиной кровати. Она была пуста.
«Выходит, бабулечка до сих пор не вернулась… Куда же она могла полететь так поздно?» — задумался Бампик и направился к выходу.
Несмотря на то что ночью маленьким самолётикам было строго-настрого запрещено выезжать из ангаров, он открыл дверь и выглянул наружу. Над городом нависли чёрные тучи. Потоки ливня гремели по крышам ангаров, и в небе вспыхивали одна за другой молнии, на мгновение освещая горы. А после всё вновь погружалось в черноту. Порыв ветра так сильно рванул приоткрытую дверь, что самолётик не смог её удержать и больно стукнулся носом.
— Ай! — взвизгнул Бампик. Он крепко вцепился в дверь, пытаясь её закрыть, но ту продолжало болтать ветром.
Когда сквозь грохот Бампик услышал тарахтение, он уже почти выбился из сил, болтаясь на двери. Кто-то большой подхватил его и втолкнул в ангар. Дверь захлопнулась. И самолётик остался один. Перепугавшись, Бампик даже не разглядел, кто ему помог.
Он долго смотрел на грозу из окна, пытаясь разглядеть, не летит ли бабушка, пока не погрузился в тревожный сон.

Глава 2. Куда она полетела?



Утром, открыв глаза, Бампик увидел свой ангар и улыбнулся. В окно светило солнышко, небо было чисто-голубого цвета, а по комнате прыгали солнечные зайчики. Бампик даже подумал, что ночной ураган — это просто дурной сон.
— Бабушка! Доброе утро! — закричал Бампик, вскакивая с кровати.
Но ответа не последовало.
«Может, она вышла во двор? Расчищает площадку или стирает коврики?»
Бампик открыл дверь и ахнул. Двор был похож на свалку. Старые детали, которые ещё вчера лежали кучкой у забора, разлетелись по всему двору, а сам забор и вовсе повалился.
Бампик поднялся в воздух и увидел, что от урагана пострадал весь город. То тут, то там виднелись опрокинутые лётные знаки, разбитые фонари и светофоры. А в нескольких местах с гор обрушились камни и завалили дороги.
— Куда же делась бабушка? — Моторчик Бампика задрожал. Он даже подумать боялся, что с ней могло случиться в такую грозу. — Может, она ранена? Надо её искать!
Бампик полетел вдоль шоссе, растерянно оглядываясь, и чуть не врезался в Дарика. Бампик еле успел сдать влево и приземлился на перевёрнутую будку.
Дарик лучший друг Бампика. Он мечтает стать полицейским. И это у него обязательно получится, потому что он очень честный и ещё самый быстрый спортивный самолётик в Летяево. Он всем помогает, выручает из любой беды и стоит за Бампика горой.
Дарик, весело улыбаясь, закружил над Бампиком.
— Привет! Ну и видок у тебя?! Не выспался, что ли? А я к тебе лечу! Представляешь, что ночью было! Ух! Полицейские подняты по тревоге, все жужжат! В Потрёпанном районе почти все ангары штормом помяло. А у Ржавулины вообще крышу снесло! Летим, посмотрим?
— Мне не до этого, — сказал Бампик так грустно, что Дарик заподозрил неладное.
— Ну ты чего?! — Дарик подтолкнул Бампика, пытаясь его взбодрить. — Неужели у тебя случилось что-то интереснее разозлённой Ржавулины!
Конечно, в другой ситуации Бампика бы очень заинтересовала эта новость, ведь вреднее Ржавулины нет никого на свете! Она вообще была странным самолётом — никогда не ремонтировалась, не смазывала детали маслом и не красила корпус. Как будто внешний вид для неё не имел никакого значения. И была такая ржавая, что, когда летела, скрип заглушал звук мотора, и казалось, что она вот-вот развалится. У неё частенько отваливались колёса и не срабатывал тормоз, но она умудрялась приземляться без сильных поломок. Дедушка Бампика считал, что Ржавулина — очень бедная, и несколько раз предлагал ей ремонт бесплатно, но та наотрез оказывалась. А бабушка Бампика говорила, что она просто лентяйка и грязнуля.
Ржавулина работала в школе для маленьких самолётиков — преподавала уроки по аварийным посадкам. Никто лучше нее не знал, как себя вести, если в полёте что-то поломалось, ведь все её приземления были экстремальными. Но Ржавулину всё равно не любили. Она была очень вредной и ужасной злюкой.
— Видел бы ты её ангар! Там полно добра, — увлечённо рассказывал Дарик. — Теперь все самолёты видят, что она только прикидывалась бедной и несчастной, а у самой в ангаре деталей — на сто самолётов хватит.
Бампик молчал, и казалось, вовсе не слушал друга.
— Эй, ты меня слышишь? — весело спросил Дарик.
— Вчера во время грозы пропала моя бабушка! — грустно пробормотал Бампик. — Она сказала, что ей надо что-то проверить, ушла и больше не возвращалась.
— Ну ничего себе! Вот это бабушка! Улететь в нелётную погоду! — Дарик так развеселился, что подпрыгнул и чуть не улетел. — У тебя, вообще, родственнички — что надо! Дедушка с родителями — исследователи, а бабушка — просто суперкласс!
— Ты что, не понимаешь? — Бампик сердито взглянул на друга. — Бабушка пропала! А вдруг она не справилась с ветром? Вдруг она разбилась…
— Твоя бабушка разбилась? Не говори ерунды. Все знают, что она летает получше самого начальника полиции! Она же у тебя спортивная модель!
— Ничего себе спортивная, — возмутился Бампик. — Если бы ты слышал, с каким скрежетом она садится в кресло!
— А ты хочешь, чтобы она делала это с торжественным криком «оп-ля-ля»? Она же бабушка! А бабушкам положено немножко скрипеть. Но это вовсе не значит, что они не имеют права полетать во время шторма. Нужно же ей чем-то себя поразвлечь!
Бампик горько вздохнул:
— А вдруг она ранена?
— Хорошо. Если ты так боишься, предлагаю прямо сейчас облететь город и хорошенько её поискать.
— Я это и собирался сделать. — Бампик включил мотор. — Ещё, как назло, родителей нет дома!
Самолётики поднялись в воздух и начали внимательно оглядывать заваленные мусором и камнями улицы. Солнце отражалось от луж, и Бампик то и дело жмурился. Друзья пролетели над самой главной Реактивной улицей в городе, покружили над полуразрушенным парком развлечений. Затем направились на центральную площадь, она называлась Дедовой. Все самолёты очень любили проводить здесь выходные и праздники. Вокруг площади было много магазинов, музеи, цирк и даже театр.
— Смотри-ка, здесь никаких разрушений! — радостно сообщил Дарик.
Бампик кивнул и приземлился.
— Но и бабушки нет…
Дарик сел около музея, рядом со статуей древнего дельтаплана, и, косясь на него, сказал:
— Слушай, а может, бабушка улетела за твоими родителями?
Бампик оживился и с надеждой посмотрел на друга:
— Я об этом не подумал. Только зачем за ними лететь?
— Ну, например, — предположил Дарик, — она вышла во двор и хотела сначала размяться, полетать в грозу. Потом увидела, как разыгралась непогода, и решила успокоить твоих родителей.
— Успокоить?!
— Да! Успокоить, что с вами ничего не случилось.
— А почему она тогда записку не оставила?
— Наверное, забыла. Она же бабушка… Все бабушки что-нибудь забывают.
— Ну-у-у… — Бампик с сомнением посмотрел на небо. — Может быть, и так.
— А давай к её прилету мы забор починим! — предложил Дарик, чтобы ободрить друга. — Представляешь, как бабушка обрадуется. Я тебе даже завидую!
— А чему тут завидовать?
— А тому, что у вас всё вверх дном, а до моего дома ураган даже не дошёл. Но круче всего досталось Ржавулине. Может, слетаем на минуточку посмотреть? А потом сразу к тебе — забор чинить.
— Ну только на минуточку, — согласился Бампик.
Дарик радостно подпрыгнул:
— Отлично! Потом починим твой забор, а после полетим и разгромим мой двор.
— Это ещё зачем?
— Как зачем? У всех такое приключение, а у меня — ничего? — Дарик даже покраснел от обиды. — Как-то нечестно.
— Клянусь хвостом, что, пока мы летим до Ржавулины, ты передумаешь громить свой двор! — Бампик хитро улыбнулся. — А когда мы отправимся ко мне, ты будешь тарахтеть, что спортивные самолёты не созданы для уборки!
— Не буду! — Дарик достал из багажника маленькую баночку в серебристой обёртке, с надписью «Масло машинное. Шоколадное». — Спорим?
У Бампика даже фары замигали от вида такой вкуснятины! Он порылся в карманах-багажничках и вытащил свёрток.
— Спорим! Вот. Паста на шасси, для лучшего разгона. Абрикосовая!
Дарик принюхался и довольно фыркнул:
— Договорились! Я выиграю, значит, скоро паста будет моей!
Дарик ракетой стартовал в небо и, набрав скорость, крутанулся вокруг Бампика:
— Догоняй!
— А если проиграешь, то шоколадное масло отдаёшь мне!
Бампик подпрыгнул и, сделав крутой вираж в воздухе, полетел следом.

Глава 3. Странная история



Друзья пролетели под аркой, прорубленной в горе, пронеслись по воздушному жёлобу и оказались в Потрёпанном районе, который считался хозяйственным. Здесь стояли ангары с узенькими окнами, в которых самолётики хранили запасные части на случай поломки.
Ангар Ржавулины находился в Тупиковом переулке. Подлетая к нему, друзья встретили художницу Шмяклю. Она была бумажным самолётиком и любила рисовать. Все самые красивые здания в Летяево разрисовала Шмякля. Но на этот раз ни кисточек, ни красок у нее с собой не было. Вместо этого она держала бидончик с надписью: «Горючее».
— Шмякля! Ты куда? Летим с нами? — пригласил Бампик. — Ржавулине крышу снесло.
— Мы ей поможем крышу на место поставить, а ты её покрасишь! — воскликнул Дарик.
Шмяклю сдуло пропеллером Дарика. Она закружилась в воздухе и несколько раз перевернулась, чуть не выронив бидон. Художница обиделась и села на шоссе.
— Делать вам больше нечего! Сидели бы по домам! Скоро будет следующая буря!
— С чего ты взяла? — развеселился Дарик. — Сон, что ли, приснился?
— Я знаю, что делать! — Бампик подкатил поближе к Шмякле и таинственно зажужжал: — Мне бабушка рассказывала, что, если приснился плохой сон, надо встать носом против ветра и три раза пробибикать!
— Никакой это не сон! Локаторы чаще мыть надо, раз не слышите ничего! — крикнула Шмякля так сурово, что друзья удивлённо примолкли.
— А что мы не слышали? — насторожился Бампик.
— Сами не знают ничего, а гогочут! — зашелестела крыльями Шмякля. — Вот возьму и не скажу ничего.
— Мы не хотели тебя обидеть, извини, — растерялся Дарик. — Мы пошутили.
— Шутка — это когда всем смешно! А ваши шутки мне не нравятся! В городе безобразия творятся, полиция ничего понять не может. Метеорологи только беспомощно крыльями разводят. А они шутки шутят! Малышня! — с таким видом сказала Шмякля, будто была грузовым лайнером, а не крошечным бумажным самолётиком. Она сурово погрозила крылом и, увидев, что Дарик с Бампиком совсем опустили носы, успокоилась. — Ну вообще-то вы ребята хорошие. Так и быть, расскажу. В город приехали известные предсказатели. Они поставили свой шатёр на окраине города и пророчат, что во время следующей бури случится. У кого ангар снесёт и куда прятаться. Это для меня очень важно, ведь я из бумаги!
— Ерунда какая-то, — хмыкнул Дарик. — Никто не может предсказывать будущее.
— Не верите — и не надо, а мне надо! Мне так надо, что никому так не надо! — протараторила Шмякля и, отвернувшись, собралась взлететь.
— А горючее тебе зачем? Ты же бумажная.
— А чем я за предсказания расплачиваться буду? Эти предсказатели такие прожорливые! Не то что я! Питаюсь вдохновением…
Бампик хихикнул, нечаянно махнув крылом, и Шмяклю сдуло ветром.
— Ой, нехорошо получилось, — расстроился Бампик.
— Наоборот, смотри, какую она высоту набрала!
Шмякля обернулась и помахала Бампику крылом.
— Мягкой посадки и привет предсказателям! — крикнул Дарик, и друзья полетели к дому Ржавулины.
Раньше она жила далеко за городом, в Чёрной расщелине. Её ангар стоял в низине, между гор, и там всегда было сыро. Наверное, потому Ржавулина и была такой скрипучей. Недавно она почему-то перебралась в город, но построила себе ангар опять не в самом красивом месте Летяево, в Тупиковом переулке, где никто не жил.
Когда друзья добрались до места, толпа зевак и два вертолёта-полицейских кружили над ангаром Ржавулины. Ангар, как и его хозяйка, был некрашеный и ржавый. На двери красовалась надпись, оставленная племянником Ржавулины, хулиганом Злопусом, и его дружками-задирами: «Злопус, Бойка и Дракля круче тучи!»
Посредине толпы возвышался пропеллер огромного вертолёта, еле втиснувшегося в переулок.
— Ой! — Дарик притормозил. — Там он!
— Кто?
— Скрибл! Терпеть его не могу. Надо же, его никто не любит, а он всё равно везде летает.
Скрибл — самый большой вертолёт в Летяево. У него огромный дом на вершине горы, с фонтаном и парком, по которому гуляют павлины. До недавнего времени в Летяево очень уважали Скрибла. Он был известным радиоведущим — в общем, звездой города. Но однажды Скрибл так зазнался, что решился на преступление и чуть не погубил город, за что был наказан.
— Ты теперь всегда будешь его подозревать? — удивился Бампик. — Это он раньше был злодеем, но обещал исправиться, а если вертолёт обещает, то вертолёт обязательно сделает! У них такое правило.
— Ну-ну, — буркнул Дарик, — на каждое вертолётное правило у Скрибла — своё антиправило, которое гласит: «Нет никаких правил».
— Скрибл исправляется, это точно. Он по радио теперь только хорошие новости передаёт и весёлую музыку.
Дарик с Бампиком поднялись повыше, рассматривая, что происходит у ангара Ржавулины. Её нос торчал из окна.
— Это безобразие! — визжала она, и ржавые брови бегали по лобовому стеклу, словно взбесившиеся дворники. — Почему оторвало крышу моему ангару! Как всё хорошо начиналось: шторм обрушился на дом Хваталкина, я смотрела в окно и радовалась. А потом вдруг ни с того ни с сего ветер перекинулся сюда и оторвал крышу. Как я теперь буду жить без неё?
— Да кто же виноват, что у тебя дом разваливается на части? Его толкни — он и сложится, как карточный домик, — пробурчал Скрибл.
Ржавулина зарычала, метнув на вертолёт огненный взгляд:
— А тебя, Скрибл, никто не спрашивает. Мой дом получше твоего будет! И сама я в сто раз лучше тебя!
Вертолёт молча отлетел подальше от разъярённой Ржавулины.
— Давайте мы вам поможем? — предложил Дарик.
— Какая от тебя помощь? Малявка! — Ржавулина взглянула на Дарика как на букашку и отвернулась. — Вон моя крыша! Как мне её забрать?
Толпа оглянулась. На противоположном доме громоздилась крыша от ангара Ржавулины.
— Нашлась! — закричали все. — Крыша-то, вот она! Давайте её стащим и поставим обратно!
— Но-но! Разбежались! — На край крыши вылез небольшой самолёт с обвисшим пропеллером, напоминавшим усы сома. — Всё, что на мою территорию попало, я прихватизировал, а значит, оно является моим. Слышали, закон такой?
— Нету такого закона! — лязгнула Ржавулина.
— Есть! Законы знать надо!
Это был самолёт Хваталкин. Он славился своей жадностью, потому что тащил в свой дом что попало, но при этом называл себя коллекционером. То есть коллекционировал… всё подряд. Что Хваталкин прихватил своим крылом, то — ни за что не отдаст. Началась его коллекция с винтиков. После того как он собрал их много-много тысяч, стал «коллекционировать» гайки, затем — ключи, а потом уж всё, что прихватит. Его дом даже потрескался от всякой всячины, а сам Хваталкин ютился под самым потолком.
— Да как тебе не стыдно! — закричали самолётики из толпы.
— Мне не стыдно! Мне, чем больше крыш, тем лучше! — нахально тряхнул усами-пропеллером Хваталкин.
— Это же не твоя крыша, а Ржавулины, — снова вмешался Дарик.
— А откуда мне знать, чья эта крыша? — Хваталкин так запыхтел, что лобовое стекло помутнело. — На ней не написано, кому она принадлежит! На ней вообще ничего не написано. Значит, моя эта крыша! А ваша Ржавулина завидует, что у меня их целых две! У самой небось крыша плохая была, вот она её и спрятала и теперь на мою зарится. Не отдам!
— Это я свою крышу спрятала? — рассвирепела Ржавулина. — Вот тебе! Получай!
Она швырнула в Хваталкина бочкой из-под горючего, но угодила прямо в пропеллер Скрибла.
— И ты тоже получи по заслугам! — гаркнула рассвирепевшая Ржавулина Скриблу.
Бочка с такой силой отскочила от его пропеллера, что толпа зевак разлетелась, словно стая перепуганных птиц.
— Сейчас! Вы все у меня останетесь без крыши, без шасси и без хвоста! — вопила Ржавулина, продолжая кидаться всем, что попадётся под крыло.
Хваталкин выскочил из дома и принялся затаскивать к себе всё, что успевал поймать.
— Посмотрите, — расхохотался Дарик, — Ржавулина Хваталкину Новый год устроила!
— Да уж. Подарков ему на год вперёд накидала, — рассмеялся Бампик.
— Летите все вон! — визжала Ржавулина. — Что собрались? Зеваки! Вон!
Самолёты, хихикая, стали разлетаться.
— Вот глупая железяка! — пробурчал Скрибл, пролетая мимо. — Знаю я, кто во всём виноват! Станция управления погодой. Нужно с ними разобраться.
Друзья поднялись над ангарами и так удивились, что чуть не потеряли управление.
Ещё день назад дом Ржавулины выглядел ужасно. Грязный, потрескавшийся, с маленькими окошечками. Теперь мнение о Ржавулине у Бампика перевернулась с шасси на лобовое стекло.
Оказалось, что ангар плохо выглядел только снаружи, а внутри было много-много больших великолепных комнат. Все они были чисто убраны и красиво обставлены. Изысканная красная и белая мебель, ковры, картины с авариями Ржавулины. В самой большой комнате был установлен фонтан, а вокруг него в кадках росли красивые фикусы.
— Вот это да! — пробормотал Бампик.
— Вот это конспирация! Сам начальник полиции такого бы не придумал!
— Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь… — Бампик стал считать комнаты, но вдруг перед его носом взлетела Ржавулина.
— Эй, что ты тут выглядываешь! Что ты тут не видел?
— Ничего не видел, — растерявшись, честно ответил Бампик.
— Что вы всё высматриваете, спасу от вас нет! — взревела мотором Ржавулина.
— Мы хотели вам помочь, крышу починить! — выкрикнул Дарик.
— Не ври! Кыш отсюда. А ты чего везде суёшь свой нос? — Ржавулина уставилась на Бампика. — Весь в свою бабушку… Она тут ночью кружила, чего-то высматривала, теперь ты прилетел. Ну и семейка!
— Вы видели мою бабушку ночью? — оживился Бампик. — Куда она полетела?
Ржавулина, страшно рыча мотором, вытаращилась на Бампика:
— Ну и малышня пошла нахальная. Ещё машинное масло на пропеллере не обсохло, а он меня уже вопросами пытает! Может, тебе ещё горючего в баки залить за мой счёт? А ну лети отсюда к своей чокнутой бабушке в горы! И не мельтеши тут, — цыкнула Ржавулина и пошла на посадку, но, как обычно, что-то у неё заклинило, крыло дало крен и, задев хвостом Дарика, она рухнула прямо в собственный фонтан.
Бампик испуганно заглянул в ангар. Ржавулина, как ни в чём не бывало, уже высунулась из окна и что-то закричала соседу.
— Как всегда, в полном порядке! — сказал Бампик другу, но Дарик не ответил.

Глава 4. Шатёр предсказаний



Бампик закружил над крышами.
— Дарик! Дарик, ты где! Ржавулина сказала, что бабушка полетела в горы! Она могла во время шторма упасть на камни! Нужно срочно её искать! Где ты?
— Я тут! — услышал он голос Дарика из-под большого дерева.
Бампик спустился.
— Почему ты улетел?
Дарик так рассеянно хлопал глазами и мигал фарами, что Бампик испугался.
— Что с тобой?
— Мне кажется, я поломался.
— Где? Покажи! — воскликнул Бампик.
Дарик со скрежетом съехал с камня. В боку самолётика зияла дыра, из которой на асфальт капало горючее.
— Ой! — Бампик даже охрип от шока. — Ой-ёй-ёй!
— Да тихо ты! — Дарик смущённо оглянулся. — Ещё не хватало, чтобы Злопус на шум прилетел. Будет надо мной гоготать, что будущего полицейского крылья не держат.
— Скорее! — зашептал Бампик. — Тебя надо залить огнетушителем, ты можешь взорваться!
Дарик махнул крылом:
— Нет-нет! Я сразу заглушил мотор.
Бампик успокоился и осмотрел дыру в боку друга.
— Классная дырка. В тебя ворона с железным клювом врезалась?
Дарик хмыкнул:
— Это всё из-за Ржавулины! Она меня толкнула, я упал и рассадил бок о камень.
— Я знаю, кто может помочь! — сказал Бампик. — Надо к Брамбулятору ехать. Он точно никому не расскажет и починит так, что никто не заметит.
Брамбулятор работал учителем в самолётной школе. Он любил конструировать и изобретать, поэтому ученикам с ним было всегда интересно. А ещё он был очень добрым вертолётом.
— Поехали, — согласился Дарик, — другого выхода нет.
Бампик достал трос, прикрепил к нему друга и повёз по шоссе к учебному аэродрому, где находился технический ангар Брамбулятора. Только они выехали на Фюзеляжную улицу — это одна из центральных улиц Летяево — как дорогу перегородила длинная очередь.
— Бип-бип! Дорогу! — загудел Бампик. — Чего столпились?
— Чего вы ломитесь! — возмутилась самолётиха в красной панаме. — Соблюдайте очередь! Что за нахальство — прилететь последним и рваться вперёд меня?
— Вот-вот, — поддержал её дельтаплан, весь увешанный разноцветными шариками. — Вы тут не стояли! Дождитесь своей очереди.
— Мы не хотим стоять ни в какой очереди! — пробубнил Бампик, пропихиваясь сквозь толпу. — У нас авария!
— Все так говорят, — подозрительно посмотрев на друзей, громко сказал дельтаплан. — А сами без очереди пролезают.
— Дайте нам дорогу, пожалуйста! — крикнул Дарик. — Мы едем на починку, честное полицейское!
— Ну, если так, тогда другое дело. — Дельтаплан, присмотревшись к Дарику, отъехал в сторону.
Самолётики посторонились, пропуская друзей.
— Бампик! Идите сюда! — Над толпой подпрыгнула Алька.
Бампик и Дарик подружились с Алькой очень давно, ещё в лётной школе. Алька была очень симпатичным и ловким прогулочным самолётиком. Она хотела стать журналисткой, поэтому знала всегда больше остальных и обожала задавать вопросы. Правда, друзья считали, что иногда она слишком сильно воображала, но тут уж ничего не поделаешь — ведь она девочка.
Алька подскочила к друзьям:
— Я вам очередь заняла!
Дарик, застеснявшись, прикрыл борт крылом.
— Что с тобой случилось? — воскликнула Алька.
— Ничего, как-нибудь заделают, — сказал Дарик и вдруг, хитро подмигнув Бампику, скорчился от боли. — Мне почти не больно.
Алька захлопала длинными ресницами, готовая вот-вот заплакать.
Бампик еле удержался от хохота и добавил страдальческим голосом:
— Наверное, крыло придётся отрезать.
— Отрезать? — Алька была так поражена, что забыла об очереди. — Бедненький, я могу тебе чем-нибудь помочь?
— Конечно, можешь. — Дарик грустно посмотрел в небо. — Только ты не согласишься…
— Да ты что? Ты же мой друг! — уверенно сказала Алька. — Я что угодно сделаю, чтобы ты поправился.
Дарик вытянул нос вперёд и хитро сощурил фары:
— Меня надо чмокнуть!
Лобовое стекло Альки затуманилось от негодования:
— Фи! Дурак!
Бампик расхохотался и таинственно произнёс:
— Я с тобой согласен, Алька!
— И ты тоже дурак! — Алька отодвинула Бампика. — Дай я посмотрю, что там.
— Ой, нет, не надо! — запротестовал Дарик, но Алька уже разглядывала пробоину.
— Ну не стоит так волноваться! Это даже не рана, а царапина. Брамбулятор тебя мигом починит. А Шмякля закрасит тебе борт так, что никто и не заметит. Сейчас мы её найдём, она где-то в этой очереди, — сказала Алька и, встав на цыпочки, подняла нос.
Бампик и Дарик удивлённо переглянулись.
— Неужели столько самолётов верят в предсказания.
— Ну, кто верит, а кто просто так, ради развлечения в очереди стоит. Сходит к предсказателю, а потом скажет, что всё это ерунда! — хмыкнула Алька и полетела в начало очереди.
Бампик и Дарик поехали следом.
Очередь скоро вывела к Дедовой площади — центральной площади Летяево, где самолёты отмечали важные события и праздники. Сегодня здесь раскинулся цветастый шатёр. Около входа в него висел большой плакат:

Только сегодня!
Великий предсказатель штормов Злопус-Мопус
и его верные помощники — дикарь
Драклис-Паклис и громила Бойкус-Мойкус —
предскажут вам будущую бурю!

Только Злопус-Мопус
чует погоду фюзеляжем!
Ощущает локатором каждое дуновение ветра.
Цена сеанса: 1 литр сверхскоростного горючего.


— Хм, странно... — сказала Алька, притормозив перед плакатом. — В очереди Шмякли нет!
Тут занавес шатра чуть приоткрылся, и выпорхнула Шмякля, да так стремительно, что врезалась в лобовое стекло Дарика.
— Ой! Сегодня явно не мой день, — нахмурился он.
— Точно! Тебя, наверное, сглазили! — расхохотался Бампик. — Я знаю! Я тебя научу! Надо в полнолуние выйти из ангара и пробибикать двенадцать раз коротко и один раз длинно…
— Чтобы тебя забрали в полицию! — рассмеялась Алька.
Шмякля, встревоженная и дрожащая, будто сильный ветер трепал её крылья, недовольно смотрела на друзей:
— Какая безответственность!
— Что? — прекратив смеяться, хором спросили самолётики.
— Скоро грянет буря! — торжественно произнесла Шмякля, глядя куда-то в небо.
Бампик снова хихикнул.
— И ничего смешного, — строго взглянула на него Шмякля. — Лучше зайдите в шатёр и послушайте великих предсказателей.
— Мне только этого ещё не хватает! — отвернулся Дарик.
Шмякля недовольно зашелестела бумажными крыльями и собралась улетать.
— Шмякля, а ведь они приехали просить тебя о помощи, — остановила Алька художницу. — Дарику без тебя не обойтись.
Шмякля удивлённо уставилась на Альку, потом — на Дарика:
— Вы меня в свои дела не впутывайте! Я с пустоголовой малышнёй типа вас дел не имею!
Бампик расхохотался:
— Почему пустоголовой? У меня, например, много всяких частей — проводков, приборов…
— Ну-ну, — перебила Шмякля, — а ещё шпунтиков и винтиков, которые давно раскрутились, а подвинтить некому.
Тут расхохотались Алька и Дарик. Шмякля тоже развеселилась и подобрела:
— Так что вам нужно-то?
— Шмяклечка, помоги, пожалуйста, закрасить бок Дарика, когда его починят, — сказала Алька так мягко, что отказать ей не смог бы никто.
— Конечно! — сразу согласилась Шмякля. — Сначала я вам помогу, а потом вы — мне! До следующей бури ещё три часа. И мне надо перепрятать домик, который должно снести ветром!
— Перестань говорить глупости. Никакой бури не будет. — Дарик внимательно всмотрелся в горизонт. — Небо чистое. Полетели к Брамбулятору.
— Ну, если вы без меня справитесь, тогда я поехала! Моя очередь. — Алька загадочно улыбнулась и, махнув крылом, скрылась в шатре.
— Все сошли с ума, — пробормотал Бампик и повёз друга на лечение. На его носу устроилась Шмякля и всю дорогу тарахтела о том, что, благодаря предсказателям, она сумеет спасти от бури свой бумажный домик.
Но, к сожалению, Шмякля ошибалась...

Конец ознакомительного фрагмента.


Вот и сказке Летяево. Штормовое предупреждение конец, читай снова наш Ларец . Оценка: 4 0
Возможно вас заинтерисуют: сказки про Приключения, сказки про Дружбу

Отзывы

Читать также Украинские сказки: Бедняк и смерть
Бородка
Ведьмы на Лысой горе
Видимо и Невидимо
Волк, собака и кот
Читать также Белорусские сказки: Алёнка
Андрей всех мудрей
Бабка-шептуха
Былинка и воробей
Вдовий сын
понравилась сказка?
0 4 Вверх